Главная » Интересное в СМИ » Алкоголизация как результат миграции

Алкоголизация как результат миграции

30
ноя
2012
Прочитано: 2201
Категория: Интересное в СМИ
Автор: Бахтияр Ахмедханов
Источник: «Однако»

Судьба гастарбайтера: там не ждут, здесь не любят

Четверо пьяных вдрызг дворников-киргизов, мешая друг другу и матерясь, с трудом толкают тележку с мусором. Их земляк в форменном оранжевом жилете, зажав в руке кусок колбасы, пьет на улице водку с местными алкашами. Поддатые женщины среднеазиатской внешности угощаются пивом на скамейке. Мало нам было своих? Видимо, мало.

Тем, кто считает, что мигранты — бич российских городов, можно предложить в качестве некоего утешения следующую сентенцию: для тех стран, откуда эти люди «понаехали», это бич вдвойне.

Дело не только в том, что ВВП среднеазиатских государств, даже при самых оптимистичных оценках, как минимум на 30% (в Таджикистане этот показатель намного выше, чем в Киргизии и тем более в Узбекистане) формируется из денег, которые посылают своим семьям гастарбайтеры. Хотя даже одно это губительно как для экономики, так и для государственных институтов, поскольку ведет к их атрофии (столь масштабное отходничество неизбежно способствует утрате республиками наиболее активной и квалифицированной части населения). Если стране больше незачем заниматься своими гражданами, которыми занимаются теперь другие страны, то можно легко поставить под вопрос сам смысл ее существования.

Но дело даже не в экономике. Если взглянуть на вопрос шире, то массовая миграция неизбежно ведет к ослаблению или даже утрате связей с родиной и в конечном итоге — люмпенизации тысяч молодых людей, которые уже не там, но еще не здесь, и которые вряд ли полноценно впишутся в новую среду обитания.

Бравые ребята

Результаты опросов свидетельствуют, что как минимум четверть гастарбайтеров хотят остаться в России навсегда, хотя в действительности желающих осесть на новом месте наверняка больше. Об этом говорит и тот факт, что мигранты активно перевозят в Россию жен и детей, а в московских роддомах все больше рожениц из среднеазиатских республик.

Однако далеко не все гастарбайтеры, подавляющее большинство которых занято низкоквалифицированным и низкооплачиваемым трудом, смогут дать своим детям достойное образование и обеспечить сколько-нибудь сносные условия жизни. Как, впрочем, далеко не все мигранты приезжают в Россию в поисках исключительно честного заработка.

Среди приезжих немало охотников за легкими деньгами и веселой жизнью. Есть и откровенно криминальные элементы — убедиться в этом можно, изучив статистику уличной преступности или просто прогулявшись поздно вечером, например, в районе Трех вокзалов или где-нибудь в скверике возле конечной станции метро. Молодые люди, которые там отираются, совсем непохожи на отпахавших смену грузчиков или дорожных рабочих. Сам их внешний вид и поведение говорят о том, что на жизнь они зарабатывают как-то иначе.

Все это вполне естественно. Следом за работягами в российские города потянулись любители легкой наживы и уголовники. Уже сейчас можно говорить об устойчивых преступных сообществах, организованных по национальному признаку. Буквально на днях на западе Москвы была обезврежена банда, занимавшаяся автоугонами и нападавшая на водителей. Все участники шайки — киргизы.

Правда, по утверждениям правоохранителей, пока этнические преступные группы специализируются главным образом на соотечественниках, которые в силу объективных причин более беззащитны и часто предпочитают даже не обращаться в полицию. Это общее правило этнической преступности для любой страны. В тех же США китайские бандиты предпочитают жить за счет китайцев, русские — за счет русских и так далее. При нормальной работе полиции все это не так страшно. Главное, чтобы китайцев в Штатах не стало больше, чем в Китае.

Человек ищет, где лучше

Русский фермер из города Кара-Балта Чуйской области Киргизии, говоря о своем большом хозяйстве, рассказывал, что у него работают люди разных национальностей, в том числе друг его детства — киргиз, с которым они вместе росли. Вспомнив о друге, фермер с горечью заметил, что двое сыновей этого киргиза уехали на заработки в Россию.

«Можете представить, кем они оттуда вернутся?» — не скрывая своего презрения, спросил он. По словам фермера, тот, кто на самом деле хочет работать, найдет работу и на родине. Другое дело, что трудиться на земле многие уже не хотят.

Другой житель республики, на этот раз киргиз из Баткенского района, рассказал о своих двух сыновьях, которые вот уже несколько лет работают в Москве грузчиками в магазине бытовой техники. Один уехал с молодой женой, второй обещает забрать семью ближайшим летом.

Оба брата живут в одной комнате, вторую комнату в двухкомнатной квартире снимают другие приезжие, тоже из Киргизии. Тесно, в душ и туалет очередь, на кухне вечная толкотня. Но о том, чтобы вернуться на родину, братья даже не думают, хотя там есть и просторный дом, и работа. Правда, не в магазине. Их отец имеет большой сад и каждый год отправляет урожай урюка в Москву и Екатеринбург.

Баткенский урюк — лучший в Средней Азии, сад дает стабильный доход. Вот только ухаживать за ним трудно и продавать хлопотно. Еще отец держит скотину, но с ней забот еще больше — каждый день нужно вставать в четыре утра. И никаких тебе выходных и праздников по полмесяца, как в России.

А в Москве потаскал смену холодильники со стиральными машинами — и свободен. Хочешь — лежи на диване перед телевизором, хочешь — пей с приятелями пиво или чего покрепче. Отец сыновей не осуждает, хотя и недоволен: «Понятно, что человек ищет, где лучше. И что я могу им сказать, если они там получают по 30 тысяч российскими в месяц? В год это получается почти 400 тысяч рублей. Столько же я имею со своего сада, скотины и старой машины, на которой еще иногда вожу пассажиров. Будь я молодой, как они, я бы, наверное, тоже выбрал Москву и уехал бы. Но так мы можем потерять обычаи, забыть о корнях, о том, кто мы и откуда. Это ведь не только мои дети выбрали для себя более легкую жизнь, это почти весь наш народ так. Есть, конечно, и те, кто действительно не мог найти работу дома, но таких не очень много».

В Киргизии не раз и не два приходилось слышать мнение о том, что дополнительным мотивом миграции является нежелание молодых людей подчиняться законам патриархального общества. Это и контроль со стороны старших членов семьи, и постоянные и обязательные для посещения семейно-родственные мероприятия, связанные с немалыми тратами.

Семьи здесь большие, а близкой родней считается даже тот, кого в России называют седьмой водой на киселе. Свадьбы, похороны и прочие собрания родственников следуют друг за другом бесконечной чередой — и везде надо давать деньги, жертвовать значительной частью и без того, как правило, скромного дохода. А если вы к тому же живете в городе, да еще имеете собственное жилье, то вам обеспечено энное количество гостей круглый год. Причем это могут быть не только сельские родственники, но и их соседи, друзья и просто знакомые. В России не так. Здесь что заработал, то твое.

Психология раба

В отличие от Киргизии, где при желании можно трудиться на земле, где есть работающие предприятия и процветает торговля (пусть даже в виде перепродажи китайского ширпотреба), в соседнем Таджикистане дела обстоят куда хуже. Большинство людей уезжают отсюда только с единственной целью — прокормить семью. Таджикские гастарбайтеры — самые неприхотливые и выносливые, отказывают себе во всем, годами не бывают на родине.

«То, что больше половины трудоспособного населения страны гастарбайтеры, — трагедия нашего народа, — говорит лидер таджикского оппозиционного движения «Ватандор» Дододжон Атовуллоев. — Разрушенные семьи, выросшие без отцов дети — это на поверхности. Самое страшное, что у людей меняется психология. Нормальный человек, побывавший на заработках, уже на рефлекторном уровне боится людей в форме, у него вырабатывается психология раба. Горько наблюдать деградацию целого народа, который методично превращается в быдло. Знаете, как бывает в Москве? Допустим, нужно вымыть полицейский участок, убрать двор. Что делают полицейские? Останавливают «черных», спрашивают документы. Проверяют — отпускают, пока не встретят таджиков. Этих берут с собой, и они там день-два бесплатно драют коридоры с туалетами. Как рабы».

По мнению Атовуллоева, для России массовая трудовая миграция из Средней Азии — это скорее благо. Тяжелая демографическая ситуация все равно вынудит принимать иностранцев. И пусть лучше это будут граждане бывших союзных республик (которые все еще находятся в ареале культурно-языкового пространства бывшей метрополии), чем, например, китайцы.

«Россия обречена на то, чтобы быть многонациональной страной, и в этом ее богатство, — считает лидер «Ватандора». — И почему бы не использовать положительный опыт Советского Союза, в котором, при всех издержках, действительно удалось сформировать единую общность людей? Разве не показательно, что когда играет российская сборная, во всех республиках Средней Азии болеют именно за нее? Да, к вопросам трудовой миграции нужен взвешенный подход. В идеале необходим отбор будущих рабочих на местах, а еще лучше — создание российских предприятий в республиках. К сожалению, пока об этом можно только мечтать. Поток мигрантов в Россию будет только нарастать, и в этом процессе не последнюю роль играют случайные и безответственные режимы на местах».

Кстати говоря, денежные переводы трудовых мигрантов глава миссии МВФ Джонатан Данн назвал одним из «серьезных источников потенциальных внешних рисков» для Таджикистана. С начала года поток денег, посылаемых на родину таджикскими гастарбайтерами, вырос на 12,7% и составил 1,2 млрд долларов, или 43,4% ВВП.

Максимально интегрировать

Заведующий сектором Центральной Азии Российского института стратегических исследований (РИСИ) Дмитрий Александров также считает, что в обозримом будущем России не обойтись без трудовых мигрантов. Поэтому попытки ограничить поток приезжих визовым режимом и другими подобными мерами, во-первых, навредят как экономике страны, так и нашим интеграционным инициативам, а во-вторых, породят новые виды коррупции. Негатив по отношению к приезжим, по мнению эксперта, связан не с количеством мигрантов, а с недостаточной работой по созданию баз данных и контролю этнических диаспор со стороны правоохранительных органов.

«Города России сталкивались с похожими трудностями в периоды массового переселения крестьян в промышленные центры, — говорит Дмитрий Александров. — Правда, тогда приезжали главным образом соотечественники и единоверцы горожан, а сейчас — представители других народов и иной религии. Но главная проблема та же: на заработки уезжает, как правило, наиболее активная часть населения, к которой относятся и люди, склонные к асоциальным формам поведения. Криминальная статистика среди приезжих, к сожалению, растет, как растет и бытовое пьянство.

Что делать в этой ситуации? Теоретически можно внешних мигрантов заменить в крупных городах на внутренних, российских, а иностранцев направлять в регионы. Но в результате ничего не изменится. Лучше создавать совместные предприятия в республиках, параллельно набирая людей для работы в России на местах, пытаясь отсечь криминал, что называется, на дальних подступах. И раз уж нам не обойтись без мигрантов, то необходимо делать все, чтобы максимально интегрировать их в наше общество. В этом смысле вступающий с 1 января закон о сдаче мигрантами норматива по русскому языку — мера очень своевременная. Причем от сдачи экзамена освобождаются граждане тех стран, где русский язык имеет статус государственного».